Научно-техническая разведка РФ: быть ближе к атомной промышленности

0_4fd6_4c0a3b21_l.jpg

Периодически возникающие шпионские скандалы с участием в них засекреченных сотрудников СВР, ФСБ и ГРУ, ярким примером которых стал арест летом 2010 г. в США целой группы «нелегалов», вызывают большой интерес к этой тематике среди работников российских НИИ и технических университетов атомной промышленности.

Именно они порой не могут жить без информации и документации (и не всегда секретной) нашей научно-технической разведки. Но атомная наука и техника – это лишь часть прорывной российской науки.

Ю.А.БоБобыловбылов, к.э.н., научный редактор журнала «Менеджмент и бизнес-администрирование»

 

 

 

Внешняя разведка имеет большое значение для уточнения приоритетов развития науки и техники, а также ускорения прорывов на новых направлениях научно-технического прогресса. Российская практика показывает имеющиеся проблемы в этой закрытой сфере. Что-то имеет отношение к техническим университетам России (например, «МИФИ»), поскольку внешней разведке нужны квалифицированные специалисты. Необходимо развитие взаимосвязей многих министерств и ведомств, а также крупных частных компаний со Службой внешней разведки и другими спецслужбами России.

Кажется, создание в 1999 г. в «МИФИ» своего Института международных отношений (ИМО) — добротный мостик в атомные страны мира. Речь идет о «пионерской» подготовке атомщиков по специальности «Международные отношения» (федеральный междисциплинарный образовательный стандарт 350200), специализация «Международное научно-технологическое сотрудничество»).

Изложенная ниже дискуссионная зрения автора основана на многолетнем анализе открытых публикаций российских и зарубежных авторов.

1. О модернизации промышленности России и активизации инновационной деятельности

В последнее время в России активно обсуждаются направления модернизации экономики, имея в виду создание принципиально новых инновационных сфер деятельности, уточнение приоритетов развития, коренное обновление важнейших производств и технологических процессов, а также преодоление институциональных и структурных барьеров.

Так, в подготовленном февральском (2010 г.) докладе Института современного развития под названием «Россия в ХХI веке: образ желаемого завтра» (М.: Экон-Интерм, 2010, с. 8) отмечается: «Общепризнанной становится задача смены вектора развития – преодоление избыточной зависимости от экспорта сырья с входом в экономику знаний, наукоемких производств, высоких технологий и интенсивных инноваций».

Дальнейший рост сырьевой направленности экономики России тревожит. Так, прямая доля минерально-сырьевого комплекса (нефть, газ, руда и др.) в ВВП России без учета вторичных эффектов – около 20%, его доля в доходах консолидированного бюджета – 30%, а в доходах федерального бюджета – 50% [1]. Однако сама сырьевая экономики России и особенно сфера добычи и переработки нефти и газа, остро нуждаются в инновациях, новом оборудовании, прогрессивных технологиях первичной обработки сырье и далее в более глубокой промышленной переработке. В этой связи не корректно противопоставлять «инновационную экономику» и ее «сырьевую направленность».

Большой пласт проблем имеет отношение к разведке и освоению урановых и редкоземельных месторождений России. Если в Австралии к ценовой категории до $40/кг относится 93,4% запасов урана, а в Канаде – 67,3%, то в России такие запасы вовсе отсутствуют и только 28% запасов относится к ценовой категории менее $80/кг, а остальные – к категории менее $260/кг. Можно говорить об «урановом провале» российской геологии.

В целом инновации можно определить как разработку и внедрение полезных новых или усовершенствованных продуктов и услуг, процессов, систем, организационных структур или бизнес-моделей для решения производственных проблем, повышения производительности труда. улучшения коммерческих итогов деятельности организаций и предприятий.

В последние годы Россия в 2 – 3 раза отстает от развитых стран мира (включая ЕС) по уровню затрат на НИОКР. В России на эти цели, включая нужды обороны и безопасности, расходуется лишь около 1,1 процента ВВП. По этому показателю Россия занимает всего лишь 31-е место в мире. Страны-лидеры – Израиль (4,68%), Швеция (3,6%), Южная Корея (3,47%), Финляндия (3,46%), Япония – (3,44%), США (2,68%), Франция (2,08%). Причём в этих странах доля государства в финансировании затрат на исследования и разработки гораздо ниже, чем у нас. Например, в Японии в 2007 г. она составляла около 16%, в США – около 29%, а в России – 61%.

Сфера российских НИОКР все еще значимая часть военно-промышленного комплекса и структур национальной безопасности. В свою очередь, атомная «технологическая платформа» (ТП), подобно пирамиде, для своих успехов нуждается в опоре на новых достижения в смежных областях. В начатых дискуссиях о сущности и проблемах таких ТП пока умалчивается о миссии научно-технической разведки.

Российский корпоративный и частный бизнес (особенно нефтяные компании) недостаточно мотивирован инвестировать в прикладные исследования и разработки.

По одному из последних рейтингов инновационной конкурентоспособности в мире Россия занимает 38 место, уступая Польше (37), Турции (36), Таиланду (35), Словакии (34), Греции (33) и др. В первой десятке: США (1), Швеция (2), Швейцария (3), Сингапур (4), Финляндия (5), Германия (6), Израиль (7), Япония (8), Великобритания (9) и Нидерланды (10) [2, c. 17].

В этой связи источником инноваций в России становится значительный импорт новых машин, оборудования и материалов.

Ныне даже для производства военной техники Россия делает значительные закупки комплектующих. Выступая в марте 2010 г. в Госдуме вице-премьер С.Б.Иванов сообщил, что в стране неблагополучное положение с выпуском отечественных комплектующих: «В „оборонке“ -3 5% российских комплектующих, а 65% — иностранных. В „гражданке“ — 10% отечественных комплектующих, и уже 90% иностранных».

По мнению некоторых экспертов, следует рассматривать оборонно-промышленный комплекс в основного заказчика российской науки и инноваций. Таковы итоги специального заседания президентской Комиссии по модернизации 22 сентября 2010 г. в подмосковном Раменском. В гражданской сфере такая позиция имеет мало сторонников.

Анализ показывает, что многие НИОКР ВПК не могут быть конверсированы для выпуска наукоемкой гражданской продукции. Также создаваемая сложная военная техника (ракеты, самолеты, подводные лодки и др.) производится малыми сериями. Напротив, гражданская продукция (машины и оборудование, средства связи, бытовая техника и др.), ориентированная на массовый рынок, производится сериями в сотни тысяч изделий и в силу острой конкурентной борьбы постоянно модернизируется.

Свои интересы здесь есть в ГК «Росатом».

По мнению автора, подлежат изменению и приоритеты научно-технической разведки России и ее взаимосвязи с высшей школой, отраслевыми и академическими НИИ, наукоемкими российскими компаниями.

По мере материализации научного продукта и его вхождения в серийное производство возрастает и роль промышленного шпионажа, но здесь на первое место выходит тайная покупка технической документации и описания технологических процессов. Именно в этом заинтересованы некоторые конкурентоспособные сектора экономики России и вне наукоемкой оборонной и атомной промышленности.

2. Источники информации о тайнах и проблемах внешней разведки

По закону «О государственной тайне» (1993 г.), с изменениями и дополнениями) деятельность органов внешней разведки России составляет один из основных объектов российской государственной тайны. Вместе с тем, большой ряд информированных разведчиков бывшего КГБ СССР, а также СВР, ФСБ и ГРУ, в последние два десятилетия попросили политического убежища в США, Великобритании, Канады и др., а далее в открытой зарубежной печати изложили многие интересные сведения, которые в России являются секретными.

Информация о деятельности и секретах конкурирующих иностранных разведок (особенно США, Китая, Израиля и др.) также периодически проникает в открытые зарубежные и российские источники информации (в их числе и объемные мемуары). Здесь информативен российский сайт АГЕНТУРА.РУ и его форум. В научном отношении важнее сайт «Технологии разведки для бизнеса» — см.: it2b.ru/.

В России изданы качественные пособия по корпоративной конкурентной разведке, где бывшими сотрудниками спецслужб описаны методы и техника разведывательной работы: Бабец О.А. Опыт военной разведки на службе в коммерческой фирме // Минск, ХАРВЕСТ, 2003; Боган К., Инглиш М.Бизнес-разведка. Внедрение передовых технологий (пер. с англ.) // М., Вершина, 2006; Деревицкий А. Коммерческая разведка // СПб, ПИТЕР, 2006; Доронин А.И. Бизнес-разведка // М., ОСЬ=89, 2003; Мелтон Х.К. Офисный шпионаж (пер. с англ.)// М., Феникс, 2005; Методическое пособие по курсу «Конкурентная разведка» Консалтингового цента «Лекс» // 2001; Ромачев Р.В., Нежданов И.Ю. Конкурентная разведка. Практический курс // М, ОСЬ-89, 2007; Ронин Р. Своя разведка // Минск, ХАРВЕСТ, 1999; Ющук Е.Л. Конкурентная разведка – маркетинг рисков и возможностей // М., ВЕРШИНА, 2006 и др.

В начале 2010 г. в России даже появился частный коммерческий проект по изданию журнала «Разведка» (razvedinfo.ru) и проект неожиданно быстро закончился. Понятно было согласие С.В. Чертопруда, автора толстой книги о научно-технической разведке СССР (см. ниже), вести отдел спецпроектов». Круг авторов, пишущих по этой теме очень малочисленный, но придерживающийся корпоративной этики негласной работы спецслужб. Также внешняя разведка не может носить публичного характера.

Автор указывает на часть своих статей по этой теме [3, 4, 5, 6, 7].

В начале 2000 г. вызвала интерес читателей статья бывшего сотрудника Управления «С» (нелегальная разведка) ПГУ КГБ СССР С. Жакова «Грязное белье «Лесной школы» СВР», где описана история создания и деятельности секретной Академии внешней разведки.

Внешняя разведка – это трудная профессия, безусловно требующая своего профессионального технического образования, в том числе в Академии СВР России, о чем не стоит иронизировать. С учетом секретности подготовки кадров этом ведомственном вузе С.Жаков писал: «Учебные планы ВУЗа не соответствовали типовым учебным планам, утвержденным Минвузом СССР, дипломы выписывались на вымышленные названия специальностей, но в специальном учебном заведении, подведомственном КГБ СССР, проверить ничего было нельзя, ведь даже сам факт наличия такого заведения был секретным».

Также — это очень рискованная профессия. В США даже кража деловых секретов квалифицируется как федеральное правонарушение с наказанием исполнителей лишением свободы до 15 лет и штрафом до 500 тыс. долл. Утешает, что пойманные ценные тайные агенты быстро обмениваются и возвращаются в свою страну.

Еще одна цитата о снижении интереса к работе во внешней разведке в первые годы после распада СССР: «Выпускники известных и престижных московских ВУЗов (МГИМО, МГУ, МГПИИЯ, Физтеха и тому подобных), составлявшие ранее костяк слушателей одно и двухгодичных факультетов КИ, перестали интересоваться этими перспективами: они теперь могли уехать на работу за границу гораздо проще и эффективнее сами».

И все-таки перебежчик С.Жаков признал полезность для страны эффективной внешней разведки.

Очевидно, создание в «МИФИ» и иных технических университетах своих ИМО может изменить разведывательные технологии в наших спецслужбах.

Многочисленные мемуары бывших разведчиков и ряд специальных журналов по защите информации позволяют полнее понять методы и формы современной научно-технической разведки или промышленного шпионажа, а также направления реформирования внешней разведки.

После распада СССР и ликвидации КГБ основной задачей российской Службы внешней разведки (СВР) стало приобретение деловой информации и передовых технологий преимущественно в интересах поддержки оборонной промышленности.

По информации С.Лещенко, бывшего офицера КГБ, перевербованного американцами, «Служба Т» (техническая разведка) в СВР России имеет три подразделения: оперативный отдел руководит деятельностью агентов за рубежом и в России; аналитический отдел занимается координацией собранной информации, составляет списки иностранных компаний и выпускаемой ими продукции; исследовательский отдел сортирует собранную информацию и направляет ее в соответствующие министерства и исследовательские институты Российской академии наук (с. 137-138).

Публичная информация о СВР России приводится на сайте данного федерального ведомства.

Характеризуя значимость промышленного шпионажа, можно привести показатели экономических потерь Германии от промышленного шпионажа в 2007 г., которые составили 2,8 млрд. евро. Эти данные приведены в совместном опросе, организованном компанией по предоставлению охранных услуг Corporate Trust, Бюро прикладной криминалистики в Гамбурге и редакцией Handelsblatt. В этом опросе приняли участие 741 немецкая фирма. Примерно 20% всех немецких компаний уже стали жертвами промышленного шпионажа или же в них имела место утечка интересующей конкурентов служебной информации. Утечка происходила разными способами. Примерно в 15% случаев конкуренты хакерскими способами подключались к внутренним базам данных. Кроме того, «прослушка» велась спецслужбами конкурентов. В 20% случаев имела место нелояльность собственных сотрудников. В 18,7% случаев сотрудники компаний оказывались завербованными фирмой-конкурентом или же зарубежной спецслужбой в целях передачи им закрытой информации. Иногда продажей информации занимаются бывшие работники фирмы. Согласно исследованию, в нелояльности по отношению к собственной компании чаще всего замечены делопроизводители (31,3%), квалифицированные рабочие (22,9%) и менеджеры (17,1%).

Крупные атомные корпорации мира точно также уязвимы для опытных разведчиков.

3. Законодательная база российской внешней разведки

По мнению автора, для квалифицированной характеристики основных принципов организации в России внешней разведки следует обратиться к базовому федеральному закону «О внешней разведке», который был принят Государственной Думой 8 декабря 1995 года и подписан Президентом РФ Б.Н. Ельциным 10 января 1996 г. № 5-ФЗ (Собр. зак. РФ, № 3, ст. 143).

Закон РФ имеет пять самостоятельных глав:

1. Общие положения (ст.1-9);

2. Организация деятельности органов внешней разведки (ст.10-16);

3. Правовое положение и социальная защита сотрудников органов внешней разведки и лиц, оказывающих содействие этим органам (ст. 17-23);

4. Контроль и надзор за деятельностью органов внешней разведки (ст. 24 -25);

5. Заключительные положения (ст. 26).

Ниже приводятся наиболее существенные положения закона РФ «О внешней разведке».

В ст. 1 «Внешняя разведка Российской Федерации» отмечается, что это «совокупность специально создаваемых государством органов – органов внешней разведки Российской Федерации – является составной частью сил обеспечения безопасности Российской Федерации (курсив автора) и призвана защищать безопасность личности, общества и государства от внешних угроз с использованием определенных настоящим Федеральным законом методов и средств».

Ст. 2 закона определяет содержание «разведывательной деятельности». Это есть: 1) добывание и обработка информации о затрагивающих жизненно важные интересы Российской Федерации реальных и потенциальных возможностях, действиях, планах и намерениях иностранных государств, организаций и лиц; 2) оказание содействия в реализации мер, осуществляемых государством в интересах обеспечения безопасности Российской Федерации.

С точки зрения российского экономиста с опытом работы в сфере торгово-промышленной политики и поддержки национального предпринимательства, особенно в условиях присоединения России к ВТО, приведенные определения кажутся весьма неточными по существу целей нашей внешней разведки (см. ст. 5 закона «Цели разведывательной деятельности). Внешняя разведка лишь отчасти должна быть ориентирована на обеспечение национальной безопасности и обороны страны. Ее роль для перехода к «инновационной экономике» пока недооценивается [4].

В связи с необходимостью реформирования внешнеэкономической разведки (т.е. «конкурентной разведки» в отношении иностранных конкурентов) следует особо выделить ст. 11 «Сферы деятельности органов внешней разведки Российской Федерации», устанавливающую, что разведывательная деятельность в пределах своих полномочий в России осуществляется СВР РФ (в том числе в экономической сфере), а также соответствующими органами: (ГРУ) Минобороны РФ (в том числе в военно-экономической сфере), ФАПСИ (в том числе в экономической сфере с использованием радиоэлектронных средств и Интернета) и ФПС. В ходе административной реформы в 2003 г. две последние структуры перешли к ФСБ России.

Общее руководство органами внешней разведки осуществляет Президент России (ст. 12), который курирует блок силовых министерств и ведомств страны.

Разведывательная информация (ст.14,15,16) представляется всем субъектам федеральной власти, а также предприятиям, учреждениям и организациям в установленном Президентом РФ порядке.

В свете приведенных ниже аргументов по реорганизации внешней разведки России следует обратить внимание на правовое положение сотрудников внешней разведки (ст. 17 и др.).

Уже сама специфика этой государственной службы (в отличие от возможных подразделений промышленного шпионажа крупных объединений и предприятий – при этом суть наименования таких подразделений как ОНТИ, служба маркетинга и др. не имеет существенного значений) выражается в том, что сотрудники внешней разведки России являются в основном «военнослужащими».

В ст. 17 указывается: «На военнослужащих органов внешней разведки Российской Федерации распространяется действие федеральных законов, регулирующих прохождение военной службы, с учетом установленных настоящим Федеральным законом и иными федеральными законами особенностей, обусловленных спецификой выполняемых указанными военнослужащими функций».

Важно, что «сведения о принадлежности конкретных лиц к кадровому составу органов внешней разведки Российской Федерации, включая сотрудников, уволенных их этих органов, составляют государственную тайну…» (ст. 18).

Характер исполняемой работы, прямо подпадающей под нормы уголовного права иностранных государств и несущий существенные угрозы личной безопасности сотрудников внешней разведки, предполагает соответствующую оплату труда и социальную защиту, что детально отражается в ст. 22 закона «О внешней разведке». Так, предусматривается обязательное государственное личное страхование на сумму пятнадцатилетнего денежного содержания (речь идет о компенсации в случаях арестов на территории иностранных государств).

Парламентский контроль за деятельностью внешней разведки Российской Федерации (ст. 24), в основном, касается исполнения сметы затрат. Какая-либо прямая отчетность руководителей органов внешней разведки Совету Федерации и Государственной Думе законом не предусматривается (не допускается, например, разглашение кадрового состава органов разведки, целей и методов их деятельности и др.).

Данный закон РФ обширен и позволяет много узнать «из первых рук».

В стратегии развития внешней научно-технической разведки, однако, есть два направления деятельности:

1) государственное, близкое к фундаментальной науке и военно-промышленной сфере, где критерии прибыльности работ практически не применяются, которое координируется СВР России;

2) коммерческое, реализуемое самими наукоемкими компаниями вне ВПК и ориентированное на прорывные прикладные НИОКР и использование в гражданской сфере (новые наукоемкие товары для личного и семейного потребления, особенно автомобили, средства связи, информационные технологии, фармацевтика, биотехнологии и др.).

В последнем случае возникает необходимость создания структур деловой конкурентной разведки при крупных научных организациях и компаниях.

4. Опыт организации научно-технической разведки СССР

Принадлежность разведывательного сообщества (СВР, ФСБ, ГРУ) к силовому блоку российских федеральных органов власти, управляемому Президентом РФ, предопределяет «милитаризованность» внешней научно-технической разведки РФ. Этот фактор осложняет взаимосвязи таких разведывательных ведомств с гражданскими министерствами и отдельными негосударственными компаниями, среди которых появляется богатые иностранные инвесторы. Также есть многолетние традиции умелого лоббизма со стороны секретных структур ВПК и национальной безопасности.

По утверждению ряда специалистов, в гонке вооружений СССР и США (и НАТО) большинство важных советских систем и образцов вооружений и военной техники базировалось на западных образцах и их высоких технологиях. Об этом, например, пишет в своей книге С.В. Чертопруд [8, с. 141]. По информации экспертов, доля зарубежных «ноу-хау» в военных новинках ВПК СССР оценивалась примерно в 70%. Так, советской разведке удалось добыть часть чертежей гигантского военно-транспортного самолета компании «Локхид» еще до начала его серийного производства в США.

В секретном советском ВПК трудилось огромное количество наиболее квалифицированных научно-технических работников (например, в НИИ и КБ Минэлектронпрома и Миноборонпрома СССР было почти по 100 тыс. человек). Справедливости ради следовало бы указать на достигнутые научно-технические приоритеты СССР (например, ядерные технологии, ракеты морского базирования и др.), за которыми все еще продолжают охотиться разведки США, Англии, Франции, Германии, Японии и др. Отставание в технологической базе советских НИИ и КБ затрудняло прямое использование зарубежной документации. С другой стороны, это компенсировалось большей изобретательностью, простотой и изящностью отдельных заимствованных конструктивных решений. Здесь были свои секретные «ноу-хау».

С начала 70 годов СССР сумел добыть на Западе 30 тыс. единиц усовершенствованного оборудования и 400 тыс. секретных документов. При этом подчеркнута ведущая роль Управления «Т» ПГУ КГБ СССР, в котором трудилось около 1000 человек, и из них – 300 за границей. Отметим, что в то время еще не было Интернета и хакерских приемов.

Наиболее обобщенные данные о масштабах НТР СССР, видимо, приводятся в книге Т. Вольтона «КГБ во Франции» (М., 1993), выданные иностранной разведке Франции хорошо информированным специалистом Управления «Т» В.И. Ветровым. Ветров длительное время имел доступ к сверхсекретной информации, включая документы Военно-промышленной комиссии Президиума Совмина СССР (ВПК). Так, из переданных им французской разведке отчетов ВПК (написанных в «Техническом центре» Всесоюзного института межотраслевой информации – ВИМИ, Москва, Волоколамское шоссе, д. 77) следует, что в 1979-1981 гг. ежегодно 5000 образцов вооружений и военной техники улучшалось за счет данных научно-технической разведки.

Автор именно в это время пришел работать в известную аналитическую структуру ВПК (но не в его Технический центр) и хорошо помнит «трудовой накал» секретных аналитиков.

Сегодня представляется, что приводимые показатели завышены на 15 – 20% (была практика приукрашивания и преувеличения советских достижений). Примечательно, что отечественные межконтинентальные ракеты были сконструированы с использованием многих узлов техники США.

По мнению автора книги про научно-техническую разведку СССР С. Чертопруда, в 70-80 гг. СССР имел самую совершенную систему государственного промышленного шпионажа (гл. 14 «Система»). При этом для нее характерны такие особенности:

1) добывалась только заказная информация;

2) обеспечивалась целенаправленность действий разведки;

3) применялся принцип «многоликости» покупателя;

4) обеспечивалась конспиративность и централизованность разведданных (важно, что «добытчики» и «потребители» не могли знать друг друга).

По оценкам Пентагона, при таком «классическом шпионаже» СССР экономил миллиарды долларов и годы научных поисков, получив информацию о западной технике и технологиях.

Сегодня в 2010 г. встает вопрос о будущности самих российских спецслужб и их возможном не только «научно-техническом», но и «внутриполитическом» вкладе в формирование нового цивилизованного облика России.

По информации экспертов, российская промышленность использует не более 20% добытой информации и здесь скрыты реальные резервы экономического роста страны. См.:

e-edu.by/students/guidance/manuals/0408_PersCapacity.swf, с. 130.

Для оперативного использования данных научно-технической разведки в заинтересованных компаниях должен быть свой достаточно высокий потенциал НИОКР, а также средства на инвестиции.

Так, несмотря на некоторый избыток валютных средств, вклад российских государственных и негосударственных компаний нефтяной и газовой промышленности в инновационную политику ТЭК, разработку и внедрение новой техники, технологий и материалов крайне скромен.

Выступая 25 декабря 2009 г. на заседании Комиссии при президенте по модернизации Дм. Медведев выразил сожаление незначительностью затрат на внедрение новых технологий российскими нефтяными компаниями и западными с учетом такого условного показателя отраслевой наукоемкости, как «затраты компании на инновации к тонне условного топлива». Такой показатель составил в «Shell» 5,67; в «ЕxxonMobil» – 3,02; в «Газпроме» – 0,29; в «Сургутнефтегазе» – 0,39; в «Татнефти» – 0,72; в «Роснефти» – 0,06 (это меньше почти в 100 раз, чем в «Shell»).

Можно сделать вывод, что общая незначительность затрат на НИОКР и инновации в России (включая закупку новейшей импортной техники, материалов и др.) в перечисленных выше компаниях показывает их неготовность к эффективному использованию соответствующей зарубежной информации (т.е. специнформации). Но в отношении наших атомных НИИ, КБ, предприятий так сказать уже нельзя.

В целом финансирование гражданских НИОКР и высшего образования России сильно отстает от стран с «инновационным типом» национальных экономик и, соответственно, высокими корпоративными затратами на исследования и разработки по направлениям конкурентоспособной продукции. По данным Минобрнауки РФ, затраты предпринимательского сектора на НИОКР в 2006 г. составили (в % к ВВП): Россия – 0,71; США – 1,84; Япония – 2,62; Ю. Корея – 2,49; Германия – 1,77; Франция – 1,34; всего по ОЭСР – 1,56 [10, с. 15].

Отчасти научно-техническая разведка помогает на отдельных стратегических направлениях быстро сократить такое отставание.

В качестве эксперта я выступаю за развитие ведомственной атомной разведки.

При этом ускоренное развитие информационных технологий в мире, включая Интернет, модифицирует методы внешней разведки, поскольку приводит к большей доступности даже специально защищаемой информации. В открытой рыночной экономике среди сегментов информационного спроса на новые технологии достаточно значимое место заняли несанкционированный доступ к чужим данным, имеющим высокую экономическую ценность, а также нелегальное (или полулегальное) использование таких данных.

В нашу речь уже вошел термин «хакер», который в «Большом юридическом словаре» определяется так:

«ХАКЕР (англ. hacker) — лицо, совершающее различного рода незаконные действия в сфере информатики: несанкционированное проникновение в чужие компьютерные сети и получение из них информации, незаконные снятие защиты с программных продуктов и их копирование, создание и распространения компьютерных «вирусов» и т. п. Действия Х. образуют различные составы уголовных преступлений и гражданских правонарушений. Термин и производные от него используются в отдельных подзаконных правовых актах РФ» (см.: slovari.yandex.ru).

Другое определение: «ХАКЕР (от англ. to hack– успешно управлять). В изначальном значении хакер – высокопрофессиональный и весьма любопытный программист, способный к нетривиальным решениям» (Яндекс.Словари. Интернет, 2001).

Интересны данные обследований компьютерной безопасности фирм в США. При этом критерием оценки информационной безопасности фирмы стал минимальный набор возможностей, который необходим нарушителю для преодоления того или иного механизма безопасности. Результаты оценки различаются от компании к компании, включая организации банковской сферы [9]. Усредненные результаты по банковской сфере и по компаниям остальных отраслей приведены на рис. 1.



Безопасность информсистем

Рис. 1. Оценка эффективности механизмов обеспечения безопасности информационных систем.

На практике любая защитная система имеет уязвимые элементы, что создает условия для проникновения в базы данных в сети или отдельные рабочие места и используется в технологиях научно-технической, финансовой и иной разведки.

Научно-техническая разведка мало совместима с нормами гражданского права, особенно в части создания и использования интеллектуальной собственности. Но в этой сфере есть своя «деловая этика», в большой мере основанная на коммерческом интересе покупателей и заинтересованности в личных доходах работников, имеющим доступ к ценной информации (министерств, научных организации, промышленных компаний и др.).

5. Объекты научно-технической разведки

Сфера фундаментальной и прикладной науки предполагает наличие специфического научного сообщества, совокупность научных школ с комплексами развивающихся теорий и научных методов, различных организационных форм деятельности научных организаций и отдельных исследователей и разработчиков, а также дорогостоящую систему материально-технического (приборы и оборудование для научных исследований, материалы и др.), информационного и иного обеспечения.

Спецификой науки (помимо кропотливой черновой работы в научных лабораториях с использованием сложных экспериментальных установок) является целенаправленный коммуникационный процесс, являющийся частью научного поиска ученых. В этом процессе решаются следующие задачи: периодическое создание промежуточных научных сообщений в виде научных публикаций, а также справок и докладов для заказчика работы; организация личностной информационной деятельности. Для ученых важно признание коллегами ценности полученного результата (открытия, изобретения). Часто для этого достаточно публикации статьи в авторитетном научном журнале и последующего цитирования. В сфере прикладных разработок защита интеллектуальной собственности обеспечивается получением патента.

Защита от несанкционированного доступа нежелательных конкурентов может осуществляться в рамках коммерческой или государственной тайны.

Решающим источником информации остается массив первичной научной информации в виде специализированных научных докладов, журнальных публикаций, зарегистрированных научных открытий и патентов, а также научной литературы. В то же время важная вспомогательная роль принадлежит системе вторичной информации на основе переводческой, реферативной, обзорно-аналитической учебной и рекламной деятельности научно-вспомогательного персонала научных организаций.

В каждый данный момент фундаментальная и прикладная наука (по сферам научного поиска) имеет типичный информационный массив:

а) учебники (иногда с грифами секретности) описывают общую характеристику научного уровня, уже достигнутого данной научной дисциплиной;

б) монографии приводят итоги систематического рассмотрения наиболее крупных или перспективных научных проблем;

в) аналитические обзоры характеризуют актуальные научные проблемы, наиболее интенсивные направления и методы научного поиска, а также достигнутые результаты;

г) научные статьи содержат описания объектов, способов и методов научного исследования и полученные конкретные результаты;

д) научные сообщения (письма в редакции журналов, выступления на научных конференциях и др.) информируют научное сообщество о новых научных фактах, требующих дополнительной проверки и осмысления, о зарождении новых областей научного поиска, спорных гипотезах и даже новых теориях.

Часть такой информации существует лишь на электронных носителях.

Методы внешней разведки совершенствуются с использованием новой специальной техники, информационных технологий, особенно Интернет, куда тяготеющие к профессиональному диалогу ученые и инженеры стремятся открыто разместить наиболее ценные статьи. Научные статьи, выложенные в открытый доступ, цитируются в работах других ученых чаще, чем статьи, доступ к которым возможен только за деньги, независимо от того, по какой причине авторы решили пойти на этот шаг. Такой вывод сделала группа ученых, проанализировав цитируемость огромного количества публикаций. Таковы итоги анализа, опубликованные в конце 2010 г. в журнале «PLoS ONE». См.: lenta.ru/news/2010/10/19/openaccess/.

Читая форумы по темам обороны и национальной безопасности почти всегда находишь сведения, не желательные для публикации в открытой печати (есть и утечки секретной информации). Понятно почему в прессе порой появляются такие сообщения:

«Компания Porsche закрыла доступ своим сотрудникам к социальным сетям «Facebook», «Xing», а также к известному интернет-аукциону «eBay». Причина для такого закручивания гаек – угроза промышленного шпионажа. Немцы считают, что иностранные разведслужбы и конкуренты могут следить за сотрудниками, выкладывающими информацию о работе компании в Интернет, пишет Bloomberg со ссылкой на представителя автоконцерна. Он говорит, что такая угроза реальна, ибо сеть Facebook, насчитывающая более 500 миллионов пользователей, уже подверглась критике за небрежное отношении к личной информации». (А.Гречанник, «KP-avto.ru», 12.10.2010 г.).

Внешняя разведка во всем мире ориентирована на проникновение в стратегически важные и защищаемые исследования и разработки (особенно дорогостоящие секретные атомные, военные и специальные).

Так, в докладе Отдела контрразведки Минобороны США (2008 г.) отмечается, что наибольший интерес иностранные разведки проявляют к информационным системам США (22% общего числа подозрительных контактов). На втором месте – лазерная и оптическая техника (10,7%), на третьем – авиационные системы (9,7%), различные датчики и сенсоры (9,5%). Кроме этого, разведки в разной степени интересовали: вооружения США и материалы (9,2%), электроника (6,6%), космические системы (6,5%), морские системы (4,8%), материалы и технологии их обработки (4%), а также организация производства.

Любопытно, что высокая секретность атомной науки и техники в системе Минэнерго США такова, что подобные цифры не поставляются в систему контрразведки Минобороны США.

Для нас важнее, что по источникам США, эта страна имеет свою ведомственную внешнюю разведку в самом Минэнерго (несколько сот сотрудников).

Вместе с тем, общая экономическая значимость военной промышленности в мире падает. Для частных инвестиций более выгоден гражданский сектор, в том числе в мирную атомную энергетику.

Каждое министерство и ведомство РФ, крупная компания имеют перечни информации для особой защиты и, соответственно, для научно-технической разведки. Последние оперативно поступают в службы разведки.

Важнейшим объектом разведки являются сами ученые и квалифицированные инженеры, являющиеся источником ценной информации. В этой связи ФБР обновляет инструкцию для сотрудников секретных предприятий, которая включает также рекомендации по поведению их вне работы.

Свои задачи, в том числе по организации производства, решаются в ходе промышленного шпионажа.

Для внешней разведки важно знать «Кто есть кто» в зарубежной научной и деловой элите. Здесь показательны коммуникационные действия группы разведчиков СВР России в США, раскрытых ФБР летом 2010 г. (включая скандально известную своими знакомствами выпускницу РУДН А. Чапман).

Для научных организаций и наукоемких компаний России есть различные ресурсы для легальной разведывательной работы. Так, в зарубежных странах работают тысячи российских ученых, занявших ведущие позиции, в частности, в университетах США и Европы. Многие выехали временно на работу за границу по контрактам и на стажировки, но не возвратились. Часть из них потенциально готова помочь информацией для развития науки и экономики России.

В сфере высокотехнологического и военно-технического сотрудничества на интеллектуальную собственность (ИС) приходится до 80-90% экспортной цены. Материалы, из которого изготавливают новейшую технику в 10 раз дешевле труда учёных, вложенного в разработку технологий. Труд учёных, конструкторов, технологов создает строго охраняемую интеллектуальную собственность. Оформляются соответствующие патенты, права на технологии, опытные образцы и т.п., что является главным предметом внешнеторговой сделки.

Виды ИС в качестве важнейшего объекта научно-технической разведки определяются, например, в законе РФ от 19 июля 1998 г. N 114-ФЗ «О военно-техническом сотрудничестве Российской Федерации с иностранными государствами» (с изменениями от 25 октября 2006 г., 17 мая, 26 ноября, 4 декабря 2007 г., 7 мая 2009 г., 1 июля 2010 г.)?

По ст. 1 этого закона к продукции военного назначения, в частности, относятся:

техническая документация (нормативно-техническая, конструкторская, проектная, технологическая, эксплуатационная, программная, инструктивно-методическая), регламентирующая создание, производство, эксплуатацию, боевое применение, модернизацию, ремонт и уничтожение (утилизацию) продукции военного назначения;

научно-техническая (нормативно-техническая) документация, регламентирующая безопасность, в том числе экологическую безопасность, производства продукции военного назначения;

стандарты безопасности для человека и объектов окружающей среды;

результаты научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по созданию, модернизации и (или) уничтожению (утилизации) вооружения и военной техники;

научно-техническая информация на материальных носителях, а также изобретения, полезные модели и промышленные образцы и другие результаты интеллектуальной деятельности военного, военно-технического назначения;

специальное программно-математическое обеспечение систем автоматизированного управления войсками, оружием и военной техникой, научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ военного назначения;

обучение разработке, производству, эксплуатации, боевому применению, ремонту, модернизации и обслуживанию вооружения и военной техники».

Во многих случаях уже опубликованные в печати результаты являются «черствым хлебом». Отсюда потребность в диалоге ученых и инженеров для преодоления трудностей при ведении НИОКР на основе дружественных командировок, специализированных конференций и международных выставок. Для сотрудников разведки важно войти в этот диалог специалистов, определив далее нужные действия по получению содержательных документов, включая закрытые отчеты по НИОКР.

6. Ученый, инженер, инноватор России как «шпион»

Поставщиком кадров для атомной промышленности является Минобрнауки, хотя ГК «Росатом» мог бы иметь несколько элитных атомных вузов типа «МИФИ».

Для сферы высшего образования РФ возникают сложные этические вопросы. Должен ли ученый или инженер получать спецподготовку для ведения возможной научно-технической разведки? И можно в вузе создать нужную мотивацию к такой деятельности? Как и на какой основе возможно сближение с внешней разведкой?

По оценкам специалистов в области разведки (военно-промышленного шпионажа), наибольшая эффективность в этой сфере достигается в рамках децентрализованной (и сетевой) модели сбора первичной информации. В то же время подчеркивается, что решающим фактором во внешней, а также внутренней «конкурентной» разведке является подбор кадров с наличием у человека особых качеств и опыта нешаблонного мышления. Если работники, наделенные большой фантазией и широкими знаниями, не всегда желательны для рутинной производственной или управленческой деятельности, то для разведывательной деятельности они являются незаменимыми.

«Эффективному шпиону» необходимы не только интеллект и эрудиция, но и специфический склад личности, ведь ему предстоит убедительно лгать, скрывать свои чувства и мысли. Традиционно в разведшколах уделяется внимание овладению сотрудником навыками работы над собой и работы с людьми. С этой целью прививается и развивается определенное профессиональное качество «прикидываться» или выглядеть так, как ожидает от нас собеседник (это постепенно входит в кровь и помогает решению задач).

Однако в российской высшей школе такие навыки студентам не даются. Но не всех и нужно отбирать и готовить к такой разведывательной деятельности в сфере науки и инноваций.

По многим оценочным критериям ученые и разведчики имеют много общего, а их различие предопределяется преимущественно различием подходов к сбору и использованию информации:

1) обязательным условием как для «тех», так и для «этих» является свободное владение английским языком, а также и еще одним иностранным языком применительно к лидирующей стране-конкуренту (Японии, Израилю, Индии, КНР и др.);

2) даже в рамках легальной деятельности сбора первичной информации все большее значение приобретает умелое использование современной техники и методов информационного анализа, включая создание и использование сложных шпионских программ сбора информации через Интернет и др.;

3) не последнее место в этих негласных технологиях принадлежит учету психологии поведения мужчин и женщин (любовный фактор), а также использованию методов шантажа, денежного подкупа, применению алкоголя и специальных психотропных препаратов и др.

Кроме того, для «родственных» сфер информационной деятельности характерно ее разделение на «экспериментаторов» (получение первичных фактов) и «теоретиков» (аналитические функции с созданием в условиях неопределенности рабочих гипотез, теорий и сценариев дальнейшей работы).

Все это говорит о возможности наращивания функции разведывательного потенциала нашей науки и важности развития этого потенциала с участием технических университетов.

Очевидно, что сама сфера НИОКР отчасти является типичной разведывательной деятельностью, что должно бы полнее учитываться в работе разведывательных спецслужб (СВР, ФСБ, ГРУ). Кажется, был бы положительный эффект от создания в академических НИИ или в технических университетах специальных отделов внешних коммуникаций и зарубежной информации двойного подчинения: РАН/РАМН и СВР России. Речь идет об активизации методов разведывательной работы применительно к сфере науки и техники [5].

Есть большой ряд направлений научно-технического прогресса, где Россия отстала «навсегда» и наличие научных сотрудников в этой ситуации должно быть минимальным, а их главная задача – это мониторинг, получение нужной зарубежной информации, написание учебников для вузов и др. Вместе с тем, на отдельных направления науки (космос, атомная наука, вирусология, добыча сырья на экспорт и др.) позиции России сильны, а где-то – на уровне мировых лидеров.

Кто-то из НИИ, КБ, вузов заинтересован в научно-технической разведке (НТР), а кто-то из промышленных компаний — в соответствующем промышленном шпионаже (ПЖ) на действующих зарубежных предприятиях. Это предопределяет информационные приоритеты внешней разведки России и новые роли государственных спецслужб СВР, ФСБ, ГРУ.

Легче обеспечивать свою производственную и товарную конкурентоспособность частным крупным и средним компаниям, где уже действуют подразделения конкурентной разведки (стратегического маркетинга и др.).

На заседании Совета по науке, технологиям и образованию при президенте в ноябре 2007 г. В.В. Путин призвал сконцентировать усилия и определить приоритеты технической разведки: «В правительстве проведем встречу с Академией наук, с нужными чиновниками правительства на министерском уровне, с руководством корпорации „Ростехнологии“ (в прошлом ФГУП „Рособоронэкспорт“), Минобороны, Генштаба, специальных ведомств, которые работают в этой сфере». Бывший руководитель СВР России акад. Е М. Примаков, предложил, чтобы техническая разведка работала на «Ростехнологии» и там был создан орган, который бы передавал данные технической разведки частникам. „Когда вся промышленность была государственной, сведения технической разведки давали всем, теперь нужен орган, который давал бы и частникам“, сказал Е.М. Примаков. См.: news.bbc.co.uk/go/pr/fr/-/hi/russian/russia/newsid_7121000/7121467.stm

Выводы

1. Научно-техническая разведка, ныне весьма важная для атомной промышленности России, должна в большей мере стать объектом высшего образования в технических университетах. В свою очередь СВР, ФСБ и ГРУ нуждаются в потенциале высшей школы и российской науки, особенно РАН.

2. Промышленный корпоративный сектор России с его службами конкурентной разведки, будучи включен в разведывательное государственно-частное партнерство, может повысить свою инновационную активность и конкурентоспособность (в том числе – на внешних рынках).

3. Важно разнообразить стратегии по большей интеграции работников наукоемкой промышленности, включая технические университеты и др., и российских разведывательных структур в целях существенного наращивания потенциала российской внешней научно-технической разведки.

4. Целесообразна организация в структуре ведущих российских технических университетов научно-учебных кафедр Службы внешней разведки России (как головного разведывательного ведомства), которые могли бы отбирать наиболее способных студентов и аспирантов для обучения формам, методам и техническим средствам научно-технической разведки (как первичная ориентация для возможного последующего использования в системе).

5. Необходимо введение для технических и иных ведущих университетов и отраслевых вузов России общеобразовательного курса «Деловая конкурентная разведка» и с учетом ряда ФГОС ВПО (по основным специализациям).

Примечание. По мнению автора данный обзор не содержит сведений, запрещенных к опубликованию в открытой печати.

Список литературы

1.Орлов В.П. Сырьевой сектор экономики в условиях модернизации / Минеральные ресурсы. Экономика и управление. – 2010, № 1, с. 8.

2.Доклад «Конкурируя за будущее сегодня: новая инновационная политика России» / ОПОРА РОССИИ. — «Бауман Инновейшн», 2010, 125 с. — opora.ru/analytics/our-efforts/2010/06/30/konkuriruya-za-buduschee-segodnya-novaya-innovatsionnaya-poli.

 3.Бобылов Ю.А. Нуждается ли Россия в организации ведомственной Службы внешнеэкономической разведки / Вопросы экономики, 2003, № 4, с. 123-134;

 4.Бобылов Ю.А. Шпионы Грефа. Глобализация экономики требует от России реформы системы внешней разведки /Политический журнал, 2005, № 21, с. 66-69.

 5.Бобылов Ю.А. Реформирование РАН и приоритеты научно-технической разведки России /Национальная безопасность и геополитика России / 2006, № 1-2, с.39-47;

 6.Бобылов Ю.А. Корпоративная конкурентная разведка: тенденции развития за рубежом и в России /Менеджмент и бизнес-администрирование, 2009, № 2, с. 117-132.

 7.Бобылов Ю.А. «Инновационная экономика» России и научно-техническая разведка / Мир и безопасность, 2010, № 1, с. 44-50.

 8.Чертопруд С.В. Научно-техническая разведка от Ленина до Горбачева / М.: Олма-Пресс, 2005, 447 с.

 9.Сычев А., Кузнецов Д. Анализ проблем защиты от внешнего нарушителя / ИнформКурьер-Связь, 2010, №7-8 – см. www.securitylab.ru/analytics/397848.php.

 10. Доклад Минобнауки России «Национальная инновационная система и государственная инновационная политика Российской Федерации (Базовый доклад к обзору ОЭСР национальной инновационной системы Российской Федерации), М.: 2009» — mon.gov.ru/files/materials/6333/09.11.11-bd-…

Источник: proatom.ru/modules.php?name=News&file=article&sid=2696